Dec 6, 2012

Цивилизованные способы утилизации не прижились в Минобороны


Предназначенные для утилизации боеприпасы в очередной раз аварийно рванули недавно под Оренбургом. К счастью, обошлось без человеческих жертв. О материальном ущербе говорить не будем. Но это событие, по всей видимости, оказалось той самой каплей, переполнившей чашу терпения руководства страны, которое достали подобного рода бесконечные ЧП на базах хранения, арсеналах и полигонах Министерства обороны.


«Наша длительная работа с промышленностью, – заявил в конце октября заместитель министра обороны России генерал армии Дмитрий Булгаков, – дала свои результаты, и в 2013 году мы предполагаем и планируем вообще уйти от подрыва боеприпасов на полигонах – 100%».

Война продолжается

Промышленность уже давно предлагала военным перейти на цивилизованные способы утилизации боеприпасов на базе новейших высоких технологий. Они были разработаны и опробованы еще в рамках реализации федеральной целевой программы «Промышленная утилизация вооружения и военной техники в 2005–2010 годах». В частности, гидродинамический и гидрокавитационный способы вымывания гексогена (А-IХ-2) из снарядов калибров 23–152 мм и твердого ракетного топлива из двигательных установок ракет диаметром до 300 мм.

При этом в ходе промышленной утилизации боеприпасов с 2005 по 2009 год на предприятиях боеприпасной отрасли не было зафиксировано ни одного чрезвычайного происшествия.

Добившись определенного технологического превосходства, предприятия, однако, не смогли развернуть работу по утилизации в промышленных масштабах. С 2011 года заказчиком-координатором очередной программы «Промышленная утилизация вооружения и военной техники на 2011–2015 годы и на период до 2020 года» стало Министерство обороны РФ. Еще более интенсивно продолжилась ликвидация боеприпасов и ракет методом подрыва, сопровождавшаяся, как известно, целой вереницей чрезвычайных происшествий, в том числе с человеческими жертвами. Ее объем в 2011 году составил около 1,7 млн. тонн, и столько же боеприпасов планируется взорвать в этом году. По оценкам экспертов, ежегодный подрыв такого их количества сопровождается выбросом в атмосферу до 70 тыс. тонн оксидов углерода, 20 тыс. тонн оксидов азота и 30 тыс. тонн хлорида водорода. И все это оказывает огромное отрицательное воздействие на окружающую нас среду, ухудшая состояние природы, атмосферы, грозя здоровью будущих поколений россиян.

С другой стороны, безвозвратно теряются огромные материальные ресурсы, используемые в производстве боеприпасов и ракет. Из тех же 1,7 млн. тонн государство могло бы реально получить около 200 тыс. тонн взрывчатых веществ, 300 тыс. тонн порохов, 850 тыс. тонн черных металлов, 40 тыс. тонн рафинированной меди и других цветных металлов. В ценовом отношении ежегодная потеря составляет около 4 млрд. рублей.

Как видим, ликвидация боеприпасов и ракет методами подрыва даже с большой натяжкой вряд ли может быть отнесена к разряду прогрессивных способов утилизации. И в этом смысле заявление генерала армии Булгакова может означать, что наконец-то в Министерстве обороны решили повернуться лицом к разработкам отечественной оборонной промышленности. Тем более что год назад первый заместитель министра обороны Александр Сухоруков в подмосковном Красноармейске мог лично убедиться в эффективности, а главное, в безопасности технологий интеллектуальной утилизации боеприпасов и ракет различного назначения.

По инициативе Российской академии ракетных и артиллерийских наук там на базе НИИ механизации и федерального казенного предприятия «Геодезия» была проведена VIII международная научно-техническая конференция «Актуальные проблемы утилизации ракет и боеприпасов» с демонстрацией целого ряда высокопроизводительных опытно-промышленных установок. Их работа произвела должное впечатление не только на Александра Сухорукова, но и его коллег из Армении, Белоруссии, Украины, Казахстана, Таджикистана и Киргизии, проявивших неподдельный интерес к российским ноу-хау и, в частности, к автоматизированным линиям и оборудованию для утилизации зарядов тротил- и гексогенсодержащих боеприпасов, не имеющих аналогов в мировой практике. Причем некоторые из таких установок успешно эксплуатируются в ряде зарубежных стран.

Опыт промышленной утилизации показывает, что промышленные предприятия Минпромторга, госкорпорации «Ростехнологии», ОАО «Оборонсервис» и частные предприятия в состоянии обеспечить утилизацию более 800–900 тыс. тонн боеприпасов в год. Народное хозяйство при этом может ежегодно получать не менее 400 тыс. тонн черного металла, 60 тыс. тонн цветного и 90 тыс. тонн взрывчатых веществ и порохов. И если слова Дмитрия Булгакова окажутся пророческими в части выделения предприятиям оборонно-промышленного комплекса 13,5 млрд. руб. для осуществления утилизации боеприпасов и ракет бесподрывным методом, то ее ежегодный объем может быть существенно увеличен. Следовательно, в народное хозяйство может быть возвращено значительно больше качественных материальных ресурсов, в том числе и в интересах обеспечения национальной безопасности. Ведь кроме пришедших в негодность узлов и деталей вооружения и военной техники, предназначенных для переплавки, существует и внушительное количество сохранивших свои первоначальные свойства корпусов снарядов, которые могут быть использованы повторно или сохранены как мобилизационный резерв.

УНИЧТОЖЕНИЕ С ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЫГОДОЙ

Хотелось бы в этой связи особо подчеркнуть, что проведенные под эгидой Российской академии ракетных и артиллерийских наук научно-исследовательские работы позволили впервые в мировой практике создать приемы вторичного использования большинства ресурсных материалов списанных боеприпасов не только минимально затратными, но и дающими порой экономический эффект.

Технико-экономическая оценка повторного использования корпусов артиллерийских снарядов дает следующий результат. При модернизации 122-мм осколочно-фугасных снарядов прибыль составляет 1,5–2,5 млн. руб. на 1 тыс. снарядов. При модернизации 125-мм осколочно-фугасных снарядов прибыль соответственно составляет уже 2,5–2,9 млн. руб. на 1 тыс. снарядов. Например, работа, проведенная Красноармейским НИИ механизации по изготовлению 204 единиц морских мин за счет повторного использования аттестованных корпусов, стоимость которых составляет 200–300 тыс. руб. за штуку, позволила возвратить Министерству обороны имущество на сумму около 35 млн. руб.

На арсеналах и базах Министерства обороны РФ скопилось около 15 млн. штук гранатометных выстрелов с превышенным гарантийным сроком хранения. Разработанная для них технология реструктуризации позволяет сохранить до 75% комплектующих и узлов. Это позволило обеспечить серийное производство и поставку Вооруженным силам РФ учебных изделий по цене в два раза ниже, чем вновь изготовленные.

За период 2000–2007 годов только от поставки Вооруженным силам РФ изделий ПГ-7В (ВМ, ВС), ПГ-15ВС, ОГ-15ВС экономический эффект составил 437 млн. руб.

В 2005 году за счет модернизации изделия ПГ-7ВЛ создан боеприпас нового назначения ТБГ-7ВЛ, тактико-технические характеристики которого значительно превышают ТТХ ПГ-7ВЛ. Его поставки Вооруженным силам РФ в количестве более 5000 штук дали экономический эффект в размере 38 млн. руб.

Кроме того, в связи с хронической нехваткой финансовых средств на закупку боеприпасов, обновления их запасов и использования возвратного потенциала практически отработана технологическая и конструкторская документация для проведения на предприятиях отрасли боеприпасов и спецхимии, а также арсеналах Министерства обороны Российской Федерации следующих производственно-технологических работ.

Перекомплектация артиллерийских выстрелов с использованием отдельных их элементов для применения в современных образцах вооружений (122-мм выстрелов к гаубице Д-30 из выстрелов к 122-мм гаубице М-30, 152-мм выстрелов к буксируемой гаубице 2А61 «Пат» в 152-мм выстрелы к самоходной гаубице 2С19 «Мста»), а также замена зарядов к 125-мм танковой пушке Д-81. Экономический эффект – 74% от стоимости закупки нового выстрела. Перекомплектовано (заменено) 762,6 тыс. выстрелов.

Переснаряжение корпусов снарядов инертными составами для использования их на учебных стрельбах (125-мм выстрелы с кумулятивными снарядами в инертном снаряжении к танковой пушке Д-81, гранатометные выстрелы в инертном снаряжении для гранатометов РПГ-7 и РПГ-9). Экономический эффект от стоимости закупки вновь изготовленного выстрела составляет 60–80%. Переснаряжено 150 тыс. выстрелов.

Модернизация устаревших образцов (переделка выстрелов к гранатомету РПГ-7 путем замены кумулятивной боевой части на боевую часть в термобарическом снаряжении, замена взрывателей, утративших работоспособность и безопасность в выстрелах к гранатомету АГС-17). Экономический эффект – до 48% от стоимости вновь изготавливаемого выстрела.

Изготовление мишеней из ракет или реактивных снарядов, запрещенных к боевому применению, для обеспечения обучения зенитно-ракетных подразделений.

ВТОРИЧНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОРУЖЕЙНОГО МЕТАЛЛА

По имеющимся оценкам, реализация такого комплексного подхода к утилизации боеприпасов и ракет может обеспечить: до 40% экономию исходных материальных и энергетических ресурсов по сравнению с существующими технологическими процессами; снижение себестоимости продукции на 10–20% за счет экономии исходных материальных и энергетических ресурсов. Как уже отмечалось, некоторые директора российских заводов превратились в настоящих охотников за металлом, получаемым на выходе цивилизованной утилизации боеприпасов. В Новороссийске, утверждают СМИ, на заводе двигателей сумели решить проблему с рекламациями на свою продукцию за счет использования качественного оружейного металла.

В городе Киров на одном из оборонных предприятий налажено промышленное производство машиностроительных заготовок из корпусов утилизируемых осколочных артиллерийских снарядов калибра 100–122 мм, разработаны технологии и создано оборудование для прямого передела из корпусов утилизируемых снарядов высококачественных трубных заготовок для нефтегазовой индустрии и машиностроения.

Переработка взрывчатых веществ и порохов используется для изготовления промышленных взрывчатых веществ, красок, лаков.

Одним из перспективных направлений применения вторичных взрывчатых веществ является приготовление новых зарядов типа «тротил–гексоген» и получение из них методом детонационного синтеза наноуглерода – перспективного исходного продукта для широкой номенклатуры технологий в целом ряде отраслей. Разработаны и промышленно освоены технологии использования наноуглерода в гальванических процессах, в полимерах, в смазочных и консервационных материалах, в составах каучуков, резины и других полимеров.

Таким образом, получаемая от промышленной утилизации боеприпасов выгода на первый взгляд кажется очевидной. И участие в этом процессе предприятий боеприпасной отрасли, дающее им шанс оставаться на плаву в непростых условиях, стоило бы только приветствовать. При условии предоставления им права полностью распоряжаться получаемыми от утилизации вторичными продуктами. До сих пор таковым обладают исключительно структуры Министерства обороны. Тем самым промышленность боеприпасов получала бы серьезный импульс для сохранения и развития своего потенциала, столь необходимого в том числе для обеспечения российской армии в будущем необходимым арсеналом боеприпасов.

Если судить по высказываниям ответственных чиновников, то проблема здесь существует. На заседании Военно-промышленной комиссии вице-премьер Дмитрий Рогозин ответственно заявил, что «требуют решения вопросы разработки и серийного производства боеприпасов нового поколения». Иначе, самые лучшие универсальные боевые платформы могут претендовать только на роль аттракционов в парках культуры и отдыха.

Хотелось бы надеяться, что в Министерстве обороны отдают себе отчет в том, что сохранение на должном уровне науки и производства важной для обеспечения страны боеприпасной отрасли, в том числе за счет программ утилизации, в конечном итоге приведет к желаемому результату: и новые боеприпасы появятся, и старые, уходя, вернут затраченные на их производство средства сторицей. Главное, чтобы слова руководителей военного ведомства не расходились с делом, как это уже бывало. Тем более что, по некоторым данным, Минобороны уже предпринимает попытки изъять из средств государственного оборонного заказа 2012 года, предназначенных для утилизации, около 30% на какие-то иные цели.

Автор Юрий Иосифович Черваков